Особенности государственной промышленной политики в условиях несовершенной технологической и институциональной среды

ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
Авторы


доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры «Экономики и организации промышленного производства»
Россия, Российский экономический университет имени Г.В.Плеханова
vn62@yandex.ru


доктор экономических наук, профессор кафедры «Экономики и организации промышленного производства»
Россия, Российский экономический университет имени Г.В.Плеханова
idennis@rambler.ru


аспирантка кафедры «Экономики и организации промышленного производства»
Россия, Российский экономический университет имени Г.В.Плеханова
mara14@mail.ru

Аннотация

Для стран с несовершенной технологической и институциональной средой даже такие сильные меры поддержки экономики, как прямое финансирование развития фирм и территорий, протекционистская защита, стимулирование спроса не дают значимого эффекта. Ряд теоретических решений последнего времени, полученных в рамках разработки теории экономико-технологического развития цивилизации, позволяют обосновать механизм промышленной политики, способной преодолеть трудности "старта с колен" и сопротивление несовершенной (плохой) технологической и институциональной среды.

Ключевые слова

промышленная политика, экономико-технологическое развитие, управление развитием экономики в условиях несовершенной институциональной среды, экономико-технологический комплекс фирм, уровень развития фирмы.

Рекомендуемая ссылка

Юсим Вячеслав Наумович , Денисов Игорь Владимирович , Афанасьева Мария Васильевна
Особенности государственной промышленной политики в условиях несовершенной технологической и институциональной среды// Современные технологии управления. ISSN 2226-9339. — №7 (7). Номер статьи: 0703. Дата публикации: . Режим доступа: http://sovman.ru/article/0703/
Введение

Промышленная политика стран, решающих задачу преодоления отставания от наиболее индустриально развитых экономик, сталкивается с сопротивлением их институциональной и технологической среды. Это явление связано с тем, что в таких странах  отсталая культура и организация производства, а также слабый потенциал собственного инновационного развития сопровождаются низкой эффективностью, бюрократизаций и коррупцией государственного аппарата.  Другими словами,  отсталость технологической среды, как правило, сопровождается  несовершенством внутренней институциональной среды.  Для этих стран, даже такие сильные меры поддержки экономики, как прямое финансирование развития фирм и территорий, протекционистская защита, стимулирование спроса и т.п. не дают значимого эффекта.

По-видимому,  Россию следует отнести именно к таким странам. Тогда для нее становится предельно актуальной разработка промышленной политики, способной преодолеть трудности «старта с колен» и сопротивление несовершенной (плохой) технологической и институциональной среды.

Сложность решения такой задачи обусловлена тем, что оно, в силу своей новизны и масштабности, не может быть подсказано практикой. Его можно ждать только от теории. Но, по-видимому, пришло время, когда прогресс производства, прочно связанный с успехами естественных наук, сможет быть поддержан и новыми решениями в сфере экономической теории.

Влияние технологической и институциональной среды на инновационное развитие

Взаимозависимость всех отраслей народного хозяйства давно известна. Так, невозможно создать металлургию мирового уровня без мирового уровня химии, машиностроения, горнодобывающей промышленности и десятка других отраслей. А каждая из них связана еще с рядом поставщиков, от которых зависят качество, номенклатура и эффективность ее производства, т.е. для поднятия уровня металлургии необходимо поднять уровень, практически, всей экономики.

Среду технологий промышленного производств можно уподобить вязкой жидкости в сообщающихся сосудах различных отраслей. Подъем уровня жидкости (уровня технологии) в любом из сосудов неминуемо будет сглажен за счет объемов других сосудов, а снижение уровня в любом из сосудов скажется на всех остальных. Этот образ наглядно иллюстрирует, почему не дало результата увеличение капитальных вложений в машиностроение СССР в 1,8 раза в 1985 г., так же как более ранние попытки поднять общий уровень технологии промышленности, начиная с химизации или сырьевых отраслей.

Убедительным примером, демонстрирующим влияние среды технологий, можно считать опыт эксплуатации в СССР самого передового на то время автомобильного завода – АвтоВАЗа.

В производство была запущена, общепризнанно, лучшая в Европе модель малолитражного автомобиля. Завод строил лидер мирового автостроения того времени итальянский концерн – «Фиат». Все рекомендации «Фиата», вплоть до количества мест в столовых и режима питания были приняты. Российские поставщики завода получили технические требования к поставляемой продукции, и был налажен строгий входной контроль.

Завод начал выпускать продукцию мирового уровня. Но удержал этот уровень только в самом начале, пока на заводе работали, преимущественно, итальянцы, и из Италии же шла поставка исходных материалов.

Дальше произошло следующее. Качество машин резко ухудшилось. И, хотя они оставались несравненно лучше отечественных «Москвичей» (продукция завода АЗЛК) и «Волг» (ГАЗ), они в несколько раз стали уступать по надежности двигателя, коррозионной стойкости и общему числу поломок машинам, сходившим с конвейера в первые недели.

Влияние среды технологий иллюстрирует следующая схема (см. рис.1). Большинство предприятий работает с несколькими сотнями поставщиков. Например, у АвтоВАЗа их было около 3 000. Если даже считать, что их всего 100, то на 3-м уровне связей взаимозависимыми окажутся миллион предприятий (100х 100х100= 1 000 000). Это большинство предприятий, как в СССР, так и в современной России.

Adobe Systems

Рис.1. Взаимосвязь предприятий страны

Практика однозначно демонстрирует, что высокие технологии не приживаются в технологической среде низкого качества.

Сопротивление инновационному развитию оказывает также низкий уровень институциональной среды экономики. Он связан с группой широко известных негативных явлений, характерных как для экономики России, так и для большинства технологически отсталых стран. Это высокие барьеры входа в рынок, значительные транзакционные издержки, а также, низкое качество конкурентной среды, приводящее к неформальному ценовому диктату. К ним же относятся недопустимо высокий уровень коррупции, чрезмерный разрыв в доходах населения, только формальная многопартийность политической системы и т.п.

Логический анализ возможностей стран с несовершенной технологической и институциональной средой заставляет сделать вывод, что у них, в принципе, не должно быть шанса выйти на уровень передовых. И действительно, 1% роста ВВП США равен, по разным оценкам, от 4 до 8% прироста благосостояния одного жителя в России и не менее 10 — 15% прироста благосостояния одного жителя в Китае. Даже при самых радикальных представлениях о возможных темпах развития этих стран арифметика заставляет сделать вывод о непреодолимости чрезмерно большого экономического отставания. И действительно, практический опыт XX века демонстрирует, что существует тенденция увеличения разрыва в благосостоянии между передовыми и отстающими странами [14].

Возникает нетривиальная задача: обосновать способ развития экономики отстающей страны, позволяющей ей войти в группу мировых технологических лидеров.

Вектор усилий государства и рабочий критерий инновационного развития

Технический прогресс и обеспечивающие его инновации, в конечном итоге, единственный источник роста благосостояния человека. Так, технологии изготовления каменных ножей или распашного земледелия, в свое время, были не менее инновационными, чем нанотехногии сегодня. То есть, можно считать, что тезис справедлив как для архаического (первобытнообщинного), так и для информационного или любого другого общества.

Тогда понятие «инновационная экономика» должно относиться не к роли инноваций в экономике, а к роли государства в поддержании темпов их появления, то есть к его промышленной политике. В такой постановке важно обосновать вектор воздействия государства на экономику и определить показатели, характеризующий результат его инновационной политики.
В теории общепризнанно, что совершенствование экономики, как системы сводится к росту производительности труда [15], который и обеспечивает инновационное развитие. При этом молчаливо подразумевается, что рост производительности, в конечном итоге, приводит к увеличению покупательной способности населения.

Но достаточно ли роста производительности для обеспечения роста экономики? Для ответа на поставленный вопрос проанализируем воздействие научно-технического прогресса на ВВП страны, выражающееся в росте производительности уже действующих предприятий.

Предположим, что в промышленности страны, изолированной от внешнего мира, производительность труда резко выросла в 2 раза. Это, скорее всего, приведет к сокращению работающих во всех отрасли промышленности в те же 2 раза. Если, затем, то же произойдет и в других частях экономики страны, количество работающих, а с ними и совокупный спрос уменьшатся в 2 раза. Действительно, в новой ситуации такой спрос могут удовлетворить в два раза меньшее количество предприятий. Если производительность будет увеличиваться и дальше, то занятость может продолжить сокращение.

Это связано с тем, что предприятия с высокой производительностью и низкой себестоимостью, чтобы реализовать весь выпуск, должны снизить отпускные цены и вытеснить отставших конкурентов. При этом часть населения теряет работу и заработок. Рынок сбыта, вследствие этого, сокращается. В пределе, большинство предприятий должны остановиться, а экономика, в целом, сжаться.

Несмотря на всю фантастичность подобного хода развития событий, их логическая схема вполне корректна. Действительно, тенденции сокращения числа занятых и, как следствие, сужение рынка в результате воздействия фактора технического прогресса уже не раз наблюдались в экономической истории. Достаточно вспомнить борьбу луддитов с машинами в Великобритании или передачи телевидения о забастовках рабочих в связи с внедрением новейших технологий и сокращением персонала. О существовании такого эффекта говорил еще Й. Шумпетер [16].

То есть, существует реальная опасность нанести экономике ущерб при неконтролируемом потоке инноваций в производстве традиционной продукции.

Вместе с тем, развитие экономики, кроме роста производительности при выпуске традиционной продукции, связано с созданием принципиально новых товаров. В последнем случае возникают новые рынки, увеличивается занятость населения и повышается эффективность производства за счет высокой доли добавленной стоимости в цене. В условиях уже сложившегося разделения труда между странами, именно этот тип инновационного развития позволяет выйти на мировой рынок и стать его равноправным участником.

Результат моделирования воздействия двух обозначенных типов технического прогресса (рост производительности в производстве традиционной и создание принципиально новой продукции) демонстрирует, что усилия государства по интенсификации процессов инновационного развития в промышленности должны идти одновременно по двум направлениям. Первое – создание и внедрение новых технологий, обеспечивающих снижение реальных отраслевых цен на традиционную продукцию. Второе – создание и внедрение новых технологий, обеспечивающих появление новых видов товаров и услуг.

Схема на рис. 2. иллюстрирует сделанный выше вывод. Движение по любому одному из инновационных направлений уводит его в сторону от оптимального вектора развития. Только взаимодействие и взаимовлияние двух векторов развития способно обеспечить стране максимальный экономический эффект. Это означает, что однонаправленный рост производительности может приводить, хотя и локально, к негативным последствиям.

Для оценки уровня инновационного развития необходим его рабочий показатель. Использование такого показателя тесно связано с преодолением упрощенного отношения к производительности труда, как конечному результату инновационного развития. Причем,  оценка текущего результата инновационной деятельности в промышленности требует использования показателя не выше мезоэкономического уровня. Действительно,  показатель, характеризующий результат инновационной политики государства в промышленности должен быть способен оценить технологический уровень ее базовых составляющих, то есть быть отраслевым.

Рис.2. Оптимальный вектор усилий государства в инновационном развитии

Покажем, что таким показателем может стать характер динамики (растущий или падающий) реальных отраслевых цен. Здесь под реальными ценами, по аналогии с понятием реального и номинального размера ВВП, понимаются цены, очищенные от инфляции.

Если не учитывать внепроизводственные и внешние по отношению к экономике факторы, то рост покупательной способности обеспечивает только снижение реальных цен. На практике это означает, что когда фирма (отрасль) увеличивает очищенные от инфляции цены на свою продукцию, то общественный эффект ее деятельности будет, скорее всего, отрицательным, растет ли ее производительность или нет. Только при снижении очищенных от инфляции цен, увеличивается рост покупательной способности населения.

В рамках постановки о необходимости общественного контроля, то есть регулирования реальных отраслевых цен, в ряде отраслей (входящих  и не входящих в промышленный комплекс) России были рассчитаны их тренды. Расчет реальных цен был проведен путем очистки текущих цен от инфляции за период с 2000 по 2008 год с использованием официальных значений дефлятора ВВП. Причем следует учесть, что при использовании дефлятора получается смягченная оценка роста цен, так как его значения, в большинстве случаев, больше чем у индекса инфляции (потребительских цен), см. Табл. 1.

Дефлятор ВВП и индексы цен в России с 2000 по 2008 гг. Таблица 1.

  2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008
Дефлятор ВВП

1,400

1,165

1,155

1,139

1,201

1,192

1,155

1,139

1,198

Индекс цен производителей

1,319

1,083

1,177

1,125

1,288

1,134

1,104

1,251

0,930

Индекс инфляции (потребительских цен)

1,202

1,186

1,151

1,12

1,117

1,109

1,09

1,119

1,133

Оказалось, что производство ряда массовых продуктов обеспечивает позитивный вклад в развитие экономики (см. рис. 3), а некоторых явно негативный (см. рис. 4).


Рис.3. Динамика цен на некоторые продукты питания и калийные удобрения

На диаграммах цен (рис. 3 и рис. 4) цены 2000 г. приняты за единицу и на оси ординат показаны их значения относительно этого года. Так, на рис. 3 видно, что цены на говядину и кисломолочные продукты на всем рассматриваемом периоде оказались ниже уровня, диктуемого инфляцией (меньше единицы, или цен 2000 г.), а на калийные удобрения, практически, оставались неизменными.

Но производители железной руды, кирпича, цемента (см. рис. 4) завышали цены, причем иногда, больше чем в два раза. Очевидно, что именно эти отрасли (производители) обеспечили значительный вклад в рост инфляции в стране, вне зависимости от какой либо финансовой политики.

Получается, что при, примерно, одном и том же влиянии на производство налогов, цен на энергоресурсы, курса рубля и прочих факторов динамика цен на разную продукцию диаметрально противоположна.

Рис. 4. Динамика очищенных от инфляции цен железной руды, кирпича, цемента

Можно ли назвать причины такого различия? Считается стандартной причиной – рост внутреннего спроса или цен на мировом рынке. Но устойчивый рост спроса, в развитых экономиках, как правило, приводит к внедрению новых инновационных технологий и, следовательно, росту объемов выпуска и снижению цен. В конечном итоге, именно этот процесс обеспечивает экономическое развитие цивилизации.

А изменение цен на мировом рынке, вообще не фактор. В недалеком прошлом россияне были свидетелями, как уменьшение цены на нефть в четыре раза никак не повлияло на внутреннюю цену бензина. Весьма характерно, что из приведенных данных следует, что цены оставались неизменными, или даже снижались, в отраслях, не входящих в промышленный комплекс. Отрасли же промышленного комплекса цены, как правило, цены завышали.

Отсюда следует вывод: первая и главная причина неоправданного роста цен – это несовершенство институциональной среды, допускающей ситуацию, при которой одни производители выигрывают за счет других и населения в целом.

Оговоримся, рост цен на отдельные виды продукции далеко не всегда негативен с позиции общества. Он может быть связан с сигналом рынка о недостатке этой продукции, росте цен в смежных отраслях, улучшением потребительского качества продукции. Вместе с тем, очевидно, что производители, отрасли и подотрасли, в зависимости от динамики своих реальных цен, требуют различных корректирующих воздействий государства. То есть, приведенные данные демонстрируют, что очищенные от инфляции цены подсказывают, как направления государственной политики, так и являются показателем ее эффективности или допустимости ее отсутствия.

Итак, результирующим показателем, характеризующим совпадение усилий государства с оптимальным вектором их приложения должна стать падающая динамики подавляющего большинства реальных отраслевых цен.

Два обозначенных выше условия эффективного макроэкономического развития: оптимальный вектор инноваций и корректная динамика отраслевых цен должны обеспечиваться государственными институтами.

При этом дополнительные требования к стратегии инновационного развития возникают в условиях несовершенной технологической и институциональной среды. Продемонстрируем это на примерах.

Парадокс непреодолимости технологического отставания

Сделанный выше вывод о том, что в отсталой технологической среде не могут развиваться передовые технологии, в ряде случаев, не стыкуется с практическим опытом. Всем известны результаты технологического и экономического развития Японии, Южной Кореи, Сингапура.

Вместе с тем, менее известен, но от этого не менее значим, опыт этих же и других стран по передаче своих новейших технологий. Практически всегда попытки внедрения передовых технологий в несовершенную технологическую среду заканчивались неудачей.

Внимательное рассмотрение опыта Японии заставляет считать, что его описание приводит к парадоксальному выводу. Действительно, известно, что технически отсталая и нищая послевоенная Япония (1945 г.) получает от США только продовольственные товары, но не  финансовую помощь [17]. При этом (как все считают) страна имеет возможность закупать новейшие технологии и даже их совершенствовать.

Парадокс разрешает двухэтапная модель политики промышленного развития страны. Можно утверждать, что широкие исследования феномена ускоренного развития выше названных стран не выявили роль одного из самых главных факторов их успеха. Речь идет о схеме промышленного развития [18], позволившей преодолеть технологическую отсталость, имевшую место в начальный период их становления.

В рамках этой политики все три государства использовали прямое регулирование рыночных цен, массированное кредитование государством частных банков, поддержку развития промышленности по заниженной процентной ставке, гарантии государства по возврату кредитов, выстраивание эффективной инфраструктуры экономики.Причем,»Эти методы не подменяли рыночный механизм, а поддерживали, дополняли и корректировали его функционирование» [19].

Наши расчеты показывают [20], что разрыв в качестве технологий Японии и США в 1952 году, когда Япония, действительно, начала активно заимствовать передовые технологии, меньше, чем разрыв в качестве технологий России и США в 2007 году (до кризиса). То есть для России жизненно необходим этап внутреннего совершенствования технологической и институциональной среды.

Специфические методы управления развитием промышленности в условиях несовершенной институциональной среды

На сегодня в экономике вообще и, в частности, в промышленности России признаются главными две проблемы: инфляция и низкие объемы инноваций. Выше обоснованные особенности политики управления развитием создают предпосылки для их решения. Но главным условием преодоления фундаментальных проблем развития становится использование государством принципиально новых методов воздействия на рыночную среду экономики.

Начнем с проблемы инфляции. В статье А. Кудрина [6] о причинах мирового кризиса, вышедшей в январе 2009-го года, инфляции уделено большое внимание. По его мнению, к инфляции в России привела мягкая кредитно-денежная политика. Эта же политика, по мнению А. Кудрина, содействовала возникновению кризиса в США, но не инфляции. Почему?

Почему в США значительный дефицит бюджета, огромная масса кредитов, мощный рост стоимости ценных бумаг, в том числе деривативов, которые, в определенном смысле,  можно считать теми же деньгами, практически, не привели к инфляции?

Почему мировой кризис во всех развитых странах приводит к дефляции, а в России к инфляции?

Анализ динамики реальных отраслевых цен, фрагменты которого приведены выше, показал, что, в реалиях России, основная составляющая инфляции – снижение эффективности экономической системы. Причем, за ростом цен обязательно стоит либо монополизация рынка, либо олигополистический сговор. И то и другое запрещено законом, но происходит в России. Почему?

На все поставленные вопросы может быть предложен один, достаточно убедительный для россиянина, ответ. Предпринимателям выгодно повышать цены при не снижении объема продаж в любой стране, но в России институциональная среда позволяет им это делать, а в США нет.

Подчеркнем, речь не идет о борьбе с собственно инфляцией. Инфляция, как показывает практика, может в достаточно широких пределах сосуществовать с развитием. То есть инфляция рассматривается здесь только как индикатор действий, приводящих к деградации промышленности.

Необоснованному росту цен внутри страны (негативной инфляции) можно противостоять, используя чисто рыночные механизмы государственного (читай общественного) воздействия. Чтобы сместить реакцию рынка, формирующую рост цен, необходимо ввести или (с учетом рефлексивных реакций участников рынка) даже только обозначить присутствие на рынке агентов, взявших курс на снижение цены. В этом случае всем предпринимателям становится понятно, что фирмы с завышенными ценами лишатся потребителей и станут банкротами. Срабатывает естественный рефлекс выживания и возникает рефлексивный самоусиливающийся процесс снижения цен.

Предлагается четыре «рычага», обеспечивающих появление таких процессов.

Первый рычаг – создание в промышленных отраслях фирм – ценовых пионеров. Это могут быть любые фирмы, которые в обмен на преференции государства и под его защитой будут снижать цены при росте объемов продаж и, как следствие, некотором снижении или даже повышении собственной прибыли.

Второй рычаг – формирование условий для появления эффективных межотраслевых цепочек создания добавленной стоимости (аналогичных, рассматриваемым  М. Портером [21]) при производстве базовых отраслевых продуктов. Эта задача решается с помощью особой формы возмездного временного секвестрования государством части производственных и иных мощностей и формирования на их основе частных и частно-государственных фирм повышенной эффективности.

Здесь следует оговориться. Слово секвестрование пугает, и не напрасно, особенно людей, знакомых с результатами его применения, в частности в СССР. С изъятием собственности связаны самые чудовищные преступления против человека и провалы в развитии экономики.

Вместе с тем, все серьезные экономисты мира, в том числе и США, констатируют, что роль Государства в экономике неуклонно возрастает. Экономику всего мира спасло от разрушительных последствий кризиса 2008 года вмешательство Государства. В США оказались, фактически, национализированными крупнейшие компании. Деньги «из воздуха», впрыснутые в экономику Государством в немыслимых ранее размерах оказались благом и даже не привели к инфляции (США, Западная Европа).

Оказывается, что беда не в вмешательстве государства вообще, а в дурном вмешательстве. Сегодня есть предельно негативный опыт прямого участия Государства в экономических процессах и есть однозначный вывод, что без введения Государством корректных «правил игры» нельзя обеспечить общественного процветания. Речь идет о последнем.

Третий рычаг – введение санкций за неоправданное завышение цен.

Четвертый рычаг – регулирование внутренних цен на системообразующую продукцию промышленности (энергетика, транспорт, связь). Например, о какой конкуренции на мировом рынке может идти речь, если в России цена на основной энергоноситель – бензин выше, чем в США (на июль 2010г.). При том, что США покупает львиную долю нефти по мировым ценам, а Россия на 100% обеспечивает себя сама.

Регулирование следует осуществлять примерно так, как это делала Япония на начальном этапе своего индустриального развития. Причем, стоит подчеркнуть. Этот метод воздействия на цены, многократно предлагавшийся аналитикам, сам по себе, в условиях институциональной среды низкого качества, ни к чему хорошему не приведет. Просто доходы перераспределятся от одних собственников и государства к другим. Метод будет эффективен только в рамках предлагаемой системы мер.

Управление инновационным развитием промышленности

Вторая обозначенная выше проблема промышленной политикиэто проблема инноваций, создающих новые технологии. Подчеркнем, речь не идет об отверточных или финансовых технологиях.

Главные причины низких темпов роста отечественных инноваций в промышленности России – это, как уже утверждалось выше, несовершенная технологическая и институциональная среда. Причем, помимо общего негативного влияния плохой институциональной среды, особую роль, внутри нее, играет недостаток институтов развития. В настоящее время (2011 г.) в России только начали, за счет усилий государства, формироваться такие институты. Инвестиционные фонды, технопарки, бизнесинкубаторы и т. п. Фактически они еще не смогли выполнить свою функцию, но это, несомненно, важное и новое для России явление.

Даже небольшой срок работы инвестиционных фондов показал, что следует дополнить изначально построенный федеральный уровень поддержки инноваций (проекты не менее 5 млрд. руб.) региональным (проекты не менее 1 млрд. руб.).

Вместе с тем, пирамида институтов развития зависла в воздухе. Ее основание – множество мелких и самых эффективных проектов остались вне сферы действия институтов развития.

В неразвитой институциональной среде такую основу должны сформировать институты, специально созданные государством. Практически, речь должна идти о создании института профессиональных участников сферы инновационного развития. Таких как риэлторы в сфере оборота жилья, коллекторы в сфере упорядочивания долговых обязательств, профессиональные инвесторы в финансовой сфере. Их основой должны стать частные и частно-государственные коммерческие структуры с частичным государственным финансированием и отраслевые банки развития. Задачей этого института будет осуществление тех необходимых экономической системе функций, которые возникли в экономике США в конце 19-го века, а в Японии в середине 20-го.

Использование новых методов воздействия на рыночную среду экономики – это важное условие развития, непосредственно связанное с задачей преодоления сопротивления несовершенной технологической среды.

Интенсификация процессов промышленного инновационного развития

При всей значимости предлагаемых мер, следует понимать, что они необходимы, но не достаточны для обеспечения высоких темпов развития промышленности современной страны.

Для России задача обеспечения высоких темпов развития экономики за счет ее внесырьевых элементов стала настолько актуальной, что ее вынужден был поставить в конце своего президентского срока В. Путин. Сегодня можно констатировать, что ранее использовавшиеся для ее решения подходы не дали положительного результата. К сожалению, и выдвинутый сегодня лозунг инновационного развития, прекрасный сам по себе, на принципиальном уровне обоснован только наблюдением «а вот у них…».
Вместе с тем, в РЭА им. Г. В. Плеханова, усилиями группы исследователей были разработаны представления о закономерностях возникновения и развития фирм [2], [7]. Их использование позволяет перейти от  эмпирического или экспертного подхода к обоснованию стратегии развития промышленного производств к подходу, базирующемуся на сочетании опыта и законов развития комплекса фирм страны. Выявление закономерностей развития комплекса фирм стало возможным при обосновании исторической тенденции в смене, или чередовании, так называемой экономико-технологической структуры любой фирмы в процессе ее развития.

Приближенное, но достаточно информативное представление об этом понятии могут дать общепризнанные  представления о вертикальной и горизонтальной интеграции. Смысл  вертикальной интеграции сводится к «взаимодействию предприятий, связанных общим участием в производстве, продаже, потреблении единого конечного продукта» [22], а горизонтальной к «объединению предприятий… выпускающих однородную продукцию и применяющих сходные технологии» [22].

Если представить принципиальную структуру вертикально интегрированной фирмы, то она всегда будет отнесена к последовательному типу систем (см. рис. 5 А). Структуру же горизонтально интегрированной фирмы, также всегда, придется отнести к параллельному типу (см. рис. 5 Б).


Рис. 5А. Последовательная структура

Аналогично изобразим параллельную систему, те же три прямоугольника.


Рис. 5Б. Параллельная структура

Практические наблюдения выявили в развитых экономиках тенденции то к горизонтальной, то к вертикальной интеграции. В отсутствии теории, при всей своей значимости, по сути, эти наблюдения оказались фрагментарными и бессвязными. В полном соответствии с притчей о слепцах, каждый из которых создал свое представлении о слоне, ощупывая либо его ноги, либо хвост, либо хобот, исследователи говорили о соответствующих текущему периоду типе интеграции, связывали ее только с крупными фирмами и рассматривали как достижение XX века.

Вместе с тем, в терминологии последовательная и параллельная экономико-технологическая структура фирмы, можно понять, что выявленные типы интеграции были всегда. Самые первые профессиональные субъекты рыночной экономики – ремесленники вынужденно выстраивали свое производство по последовательному типу в соответствии с технологическим процессом. Затем на смену ремесленникам пришли цеха ремесленников – прообраз сегодняшней горизонтальной интеграции контрактного типа, системы явно параллельной.

Их вытеснили, практически повсеместно мануфактуры – системы явно последовательные по связи своих производственных элементов. И так далее, развитие шло и идет в наше время в точном соответствии с законами философии, когда его бесконечность достигается за счет перехода количества в качество. В экономике это выливается в закон чередования последовательной и параллельной экономико-технологической структуры фирмы по мере ее развития.

С ним связано возникновение объективных закономерностей роста объемов выпуска фирмы, роста производительности, снижения количества фирм по мере их совершенствования и т.п. Столь обширный экскурс в теорию, по мнению авторов, оказывается необходимым, чтобы не выглядели голословными ряд других утверждений, даже для не строгого обоснования которых уже явно не найдется место в одной статье.

Вместе с тем, авторы также полагают, что обширный опыт и масса информации о функционировании достаточно сложной и плохо, на сегодня, описанной системы, называемой экономикой, позволяет, как профессиональным экономистам, так и эрудированным практикам сделать экспертное заключение о корректности результирующих выводов.

Эти выводы базируются на представлении, что все фирмы единого экономического пространства (выделенного по тем или иным ограничениям) можно разделить на кластеры, или классы, по уровню своего развития. Каждый класс фирм будет характеризоваться своей экономико-технологической структурой и диапазоном производительности и выпуска.

В свою очередь, разделенные по классам фирмы можно представить в виде экономико-технологического комплекса фирм, сокращенно ЭТКФ.

ЭТКФ – это структурно детерминированная и закономерно развивающаяся совокупность экономических организаций в рамках единого экономического пространства.

Емкими образами, позволяющим зрительно представить ЭТКФ, могут быть его эволюционная и территориальная модели. Эволюционная модель ЭТКФ (см. рис. 6) представляет собой пирамиду, выстроенную по классам, объединяющим фирмы одного уровня развития.


Рис. 6. Эволюционная модель экономико-технологического комплекса фирм и закономерности его развития

При переходе от класса к классу меняются экономико-технологическая структура фирм, объемы выпуска, производительность и другие характеристики. Качество (уровень) ЭТКФ определяется количеством полностью сформировавшихся классов фирм. Формирование каждого нового класса фирм, по практике двух предыдущих столетий, приводит, примерно к учетверению размера ВВП.

Оценка уровня развития фирм России и США заставляет считать, что в ЭТКФ в России полностью сформировался пятый класс фирм, а в ЭТКФ США восьмой (см. рис. 7). В том и другом ЭТКФ идут процессы, приводящие к созданию фирм следующих классов развития. Но так как о них никто не знает, процессы идут вслепую, методом проб и ошибок. Государство, в лучшем случае, им не мешает, но точно не помогает.

Рис.7. Полные уровни экономико-технологических комплексов России и США

Например, в  России проявляется стремление создать фирмы седьмого класса, не имея опоры в виде целого класса фирм шестого уровня. Естественно, ни к чему хорошему это привести не может.
Эволюционная модель ЭТКФ позволяет задать текущий стратегический ориентир политики промышленного инновационного развития. Управление развитием в рамках промышленной политики должно характеризоваться тремя принципиальными особенностями.

  • Адресная политика развития;
  • Высокая вариативность методов воздействия на экономику;
  • Формализация решений политики развития.

Адресом фирмы является ее класс (уровень пирамиды ЭТКФ, на котором находится фирма) (см. рис. 7). В зависимости от класса фирмы формируются целевые установки политики развития и средства их достижения. Вариативность методов воздействия на экономику обусловлена множественностью условий, в которых существуют фирмы. В настоящее время политика развития должна различать 6 различных уровней фирм в России (шестой класс фирм только начал формироваться); 5-ю типами рынков [2]; 2-мя типами продукции, производимой фирмами (рассмотренными выше традиционной и инновационной); и 2-мя типами ориентированности выпуска фирмы (на внутренний и внешний рынки). Всего 8 х 5 х 2 х 2 = 160 возможных вариантов. На практике остается 80 – 100 не вырожденных вариантов политики развития.

Следствием понимания, какой из множествавариантов политики развитиябудет наиболее эффективен в каждом конкретном случае, становится возможность формализации решений государственных органов, осуществляющих такую политику. Это означает резкое снижение и изменение роли человека (чиновника) в принятии решений. То есть ровно то, что требуется в условиях несовершенной институциональной среды, да и соответствует общей тенденции управления сложными системами в условиях лавинообразного роста информации.

Региональная политика инновационного развития

Важным элементом промышленной политики развития ЭТКФ должна стать особая региональная политика инновационного развития. Она формируется на основе следующих соображений.

В процессе развития цивилизации внутри любой территории естественно формируется, так называемая, экономико-технологическая структура региона [13]. Ее характеризует наличие трех зон (см. рис. 8), различающихся по концентрации ресурсов (финансовых, интеллектуальных, технологических). Это зона надкритической концентрации ресурсов, обеспечивающая саморазвитие (зона центра), зона высокой концентрации ресурсов, способная воспринять привнесенное извне развитие (зона полупериферии), и зона низкой концентрации ресурсов, неспособная самостоятельно воспринимать развитие (зона периферии).

Рис. 8. Гелиоцентрическая модель ЭТКФ

Старейший пример центра экономико-технологической структуры региона – это античный город [12]. Ближайшая к нему территория – полупериферия. Остальная территория – периферия. Еще сто лет назад экономико-технологическая структуру античного города-государства мало отличалась от региональной структуры европейской страны. (Рис. 8).

Так, современная Россия почти копирует экономико-технологическую структуру региона, соответствующую античному периоду. Но сегодня ситуация кардинально изменилась. Карта расположения крупнейших корпораций в США, Японии, ЕС и других развитых регионах выглядит совершенно иначе. Эти страны эмпирически вышли на другую экономико-технологическую структуру региона.

Ее характеризует распределенная концентрация ресурсов. Только такая структура регионального промышленного производства способна обеспечить процесс эффективного саморазвития в условиях высокой связанности технологической среды, о которой шла речь выше. Таким образом, для всех отстающих стан формируется принципиальная особенность региональной промышленной политики.  Ее воздействие должно обеспечить переход от моноконцетраци к распределенной концентрация фирм промышленных отраслей по территории страны. (см. рис.9).


А. Моноконцетрация ресурсов.           Б. Распределенная концентрация ресурсов.

Рис. 9. Два типа региональной экономико-технологической структуры производства

Но в этом случае, как и в большинстве других ситуаций, характеризующих состояние сложных систем, механическое копирование не дает результата. Необходимо обеспечить особую концентрацию ресурсов. Она должна быть направлена на создание производящих систем высших уровней ЭТКФ в конкретных региональных центрах. Другими словами, их ядром, в современных реалиях России, должны стать крупнейшие промышленные корпорации шестого класса развития. И более того, таких центров должно быть много, так как они должны охватывать большинство типов отраслевого производства товаров и услуг (см. рис. 9 Б).

Как такой подход корреспондируется с эффектом Кремниевой долины в США или надеждами на эффект от создания «Центра инновационного развития Сколково»?

Вне сомнения, создание высокой концентрации среды профессионалов, взаимодополняющих и взаимодействующих друг с другом в своих направлениях исследований – беспроигрышный прием. Но инновационный эффект Кремниевой долины и всех подобных начинаний теснейшим образом связан с уровнем технологической среды. В США инновационный эффект огромен, ну а в Китае, при всех его экономических достижениях в специальных привилегированных зонах, инновационных прорывов не наблюдается. Более того, автомашины действительно национального производства, а не отверточной сборки, приходящие из Китая в Россию, свидетельствуют, что, пока, технологическая среда Китая не соответствует мировому уровню.

К сожалению, если к моменту начала полномасштабной деятельности «Сколково» не удастся осуществить первый этап совершенствования технологической и институциональной среды России, «Сколково» ждет та же участь, что и АвтоВАЗ. Вне сомнения, положительное влияние на всю инновационную среду страны, но полное разочарование в конечном результате.

Заключение

Теоретическое осмысление и обобщение исторического опыта развития технологически передовых стран мира позволяет утверждать, что в реалиях сегодняшней России для преодоления технологического и экономического отставания необходимо

  • России жизненно необходимо использование  двухэтапной промышленной политики развития. На первом этапе следует обеспечить совершенствование внутренней технологической и институциональной среды. На втором – наращивание уровня экономико-технологического комплекса страны.
  • Необоснованному росту цен внутри страны (негативной инфляции) следует противопоставить рыночные механизмы государственного воздействия: создание фирм – ценовых пионеров; формирование эффективных межотраслевых цепочек создания добавленной стоимости; регулирование внутренних цен на системообразующую продукцию промышленности; введение санкций за неоправданное завышение цен.
  • Интенсификация процессов инновационного развития в промышленности должна идти одновременно по двум направлениям. Первое – стимулирование внедрения новых технологий в производстве традиционной продукции, обеспечивающих снижение издержек в расчете на единицу продукции. Второе – создание и внедрение новых технологий, обеспечивающих появление новых видов товаров и услуг.
  • Наращивание темпов роста отечественных инноваций, сдерживаемых несовершенством ее технологической и институциональная среды, помимо общего роста качества экономико-технологического комплекса страны, могут быть преодолены с помощью  института профессиональных участников сферы инновационного развития.
  • Региональная политика инновационного развития должна обеспечить особую концентрацию ресурсов, связанную с созданием производственных систем высших уровней развития, достигнутых в национальном экономико-технологическом комплексе фирм (ЭТКФ). Их ядром, в современных реалиях России, должны стать крупнейшие промышленные корпорации шестого класса развития.
  • Управление развитием в рамках промышленной политики должно характеризоваться тремя принципиальными особенностями: конкретным адресом рекомендаций; высокой вариативностью методов воздействия на экономику; уровнем обоснования политики развития, позволяющем перейти на высоко формализованные машинные решения.
  • Результирующим показателем эффективности государственной промышленной  политики должны стать очищенные от инфляции отраслевые цены.

Библиографический список

  1. Дворцин М.Д, Юсим В.Н Технодинамика: Основы теории формирования и развития технологических систем. Монография. М. «Дикси», 1993 .
  2. Денисов И.В., Теория экономико-технологического развития фирм. – М.: «Гриф и К», 2008 г.
  3. Львов Д.С. «Перспективы долгосрочного социально-экономического развития России», Доклад, прочитанный в Президиуме РАН, том 73, № 8, с. 675-697, 2003 г.
  4. Никитин С.М., Степанова М.П. Японский опыт возрождения и современная Россия. Деньги и кредит. – 1992 г. — №8.
  5. Денисов И. Монополизм как движущая сила развития фирмы и его ограничение. Экономический анализ №19, 2008 г.
  6. Кудрин А. Мировой финансовый кризис и его влияние на Россию. Вопросы экономики №1, 2009 г.
  7. Юсим В., Колоколов В. «Россия на пути к новой экономике», Монография, РЭА им. Г.В. Плеханова, М. 2006 г.
  8. Юсим В. Первопричина мировых кризисов. Вопросы экономики №1, 2009 г.
  9. Юсим В.Н. Закон роста экономически обоснованных объемов выпуска продукции, М. Журнал «Экономический анализ: теория и практика», № 7, 8, 2005 г.
  10. The World Factbook 2009. Washington, DC: Central Intelligence Agency, 2009. https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/index.html
  11. Понять Америку. Вестник McKinsey № 3 (5) 2003. McKinsey. http://www.mckinsey.com/russianquarterly/articles/issue05/01_0303.aspx.
  12. Ф. Бродель. Динамика капитализма : пер. с фр. – Смоленск. «Полиграмма», 1993.
  13. В.Н. Юсим, М.Д. Дворцин, И.В. Денисов, В.А. Белявский. Основы теории экономико-технологических комплексов (тезисы). – М. : Издательский дом «Финансы и Кредит», 2005.
  14. 2007 World Development Indicators. Расчеты экономистов World Bank; Kevin Watkins, «Making Globalization Work for the Poor» Finance and Development March 2002, Volume 39, Number 1, pp. 24-28. http://www.imf.org/external/pubs/ft/fandd/2002/03/watkins.htm
  15. А. Смит. Исследование о природе и причинах богатства народов; пер. с англ. М. Эксмо, 2007. – (Антология экономической мысли). «Книга 1. Причины увеличения производительности труда и порядок, в соответствии с которым его продукт естественным образом распределяется между различными классами народа».
  16. Й. Шумпетер. Капитализм, социализм и демократия: пер. с англ. / предисл. и общ. ред. В.С. Автономова. – М.: Экономика, 1995. http://www.libertarium.ru/libertarium/lib_capsocdem
  17. http://www.ereport.ru/articles/weconomy/japan.htm  «С сентября 1945 г. по 1951 г. по линии фондов GARI OA и EROA в Японию поступило товаров на сумму 1,8 млрд. долларов».
  18. Афанасьева М.В. «Двухэтапная модель макроэкономического развития». Журнал «Проблемы экономики», август 2009.
  19. Никитин С. М., Степанова М. П. Японский опыт возрождения и современная Россия // Деньги и кредит. – 1992. — №8. – с.8,11,12.
  20. Афанасьева М.В., Степанова Ю.А., д.э.н. Юсим В.Н. «Экономический уровень технологии – показатель качества социально-экономических систем». Журнал «Креативная экономика», сентябрь 2009 г.
  21. Портер М. Международная конкуренция. — М.: Междунар. отношения, 1993
  22. Современный экономический словарь.  http||www.infa-m.ru|.