Человек: ресурс или потенциал развития в экономике?

ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
Авторы


аспирант
Россия, Вятский государственный университет
mrworker@mail.ru


доктор экономических наук, профессор
Россия, Вятский государственный университет
mim@mcnip.ru

Аннотация

В данной статье авторы рассматривают роль человека и знания в постиндустриальном обществе. Чем же на самом деле является человек - ресурсом или потенциалом в социально-экономической системе? Авторы систематизировали основные этапы развития общества и знания, проанализировали, как формировался человеческий капитал. Раскрыли его связь с человеческим потенциалом и социальным капиталом в постиндустриальном обществе. Синтезировали основные научные работы о человеческом капитале в России, выявили проблемы данного вопроса и пути решения посредством обобщения научных трудов известных экономистов и социологов.

Ключевые слова

Человеческие ресурсы, человеческий потенциал, человеческий капитал, постиндустриальное общество.

Рекомендуемая ссылка

Шагалов Игорь Львович , Скопина Ирина Васильевна
Человек: ресурс или потенциал развития в экономике?// Современные технологии управления. ISSN 2226-9339. — №5 (17). Номер статьи: 1706. Дата публикации: . Режим доступа: http://sovman.ru/article/1706/
Введение

Со вступлением развитых стран в новую эру постиндустриальной экономики, в 21-м веке как никогда актуальным является вопрос о роли человека и знания в социально-экономическом развитии общества. Россия в этом вопросе не является исключением.

Постиндустриальная экономика предполагает собой, тип экономики основанной на инновации, постоянном технологическом совершенствовании, на производстве и экспорте высокотехнологической продукции с очень высокой добавочной стоимостью. При этом основную прибыль создает интеллект человека, информационная сфера, а не материальное производство и концентрация финансов. Впервые упоминание о постиндустриализме появляется в работе индийского философа А. Кумарасвами, который специализировался на доиндустриальном развитии азиатских стран, а широкое признание концепция постиндустриального общества получила благодаря трудам американских социологов Даниела Белла («Грядущее постиндустриальное общество») и Элвина Тоффлера («Третья волна») [13]. Авторы выделяют три ступени общественного развития: доиндустриальное (аграрное), индустриальное и постиндустриальное. При этом каждому из этапов соответствовало определенное отношение человека к знанию и положение человека в социально-экономической системе.  В особенности последнему из перечисленных этапов присущи такие понятия как социальный капитал, человеческий потенциал, человеческий капитал, которые стали фундаментальными признаками новой постиндустриализационной теории и инновационной экономики. Именно поэтому изучение проблемы человеческого капитала, роли человека и знания в современном обществе является актуальной и по сей день.

Эволюция научной мысли о развитии общества и знания

Для полноценного отражения связи между этапами развития общества и знания целесообразным будет рассмотреть их, не отделяя друг от друга. Наиболее ярко это отражено в работах Д. Белла, Э. Тофлера и П. Дракера. Так в своих книгах «Третья волна» Э. Тоффлер и в «Грядущее постиндустриальное общество» Д. Белл выделяют три основных стадии (волны) развития человечества:

  1. Доиндустриальная или аграрная (до XVIII века), характеризующаяся добывающими видами хозяйственной деятельности: земледелие, рыболовство, добыча полезных ископаемых. Главной задачей аграрного общества было производство пищевых продуктов, чтобы просто прокормить население.
  2. Индустриальная (VIII-XX века), где все силы направлены на промышленное производство, чтобы произвести необходимые обществу товары. Формирование индустриального общества связано с распространением крупного машинного производства, урбанизацией (отток населения из деревень в города), утверждением рыночной экономики и возникновением социальных групп предпринимателей (буржуазия) и наёмных работников (пролетариат). В качестве основных систем правил и принципов второй волны Тоффлер выделяет: стандартизацию (в производстве, услугах, обучении, единицах измерения, ценах и т. д.), специализацию (в разделении труда), синхронизацию (труда во времени, обучения во времени, отдыха и т. д.), концентрацию (населения, трудовой деятельности, энергии, экономики, образования), максимизацию (гигантомания в архитектуре, плановых показателях), централизацию (экономики (например Центральный банк), управления государством).
  3. Постиндустриальная (конец XX века по н.в.) или информационная, в которой общество  уже обеспечено продовольствием и товарами, и на первый план выдвигаются различные услуги, в основном связанные с накоплением и распространением знаний. А в результате научно-технической революции произошло превращение науки в непосредственную производительную силу, которая стала главным фактором и развития общества, и его самосохранения. Вместе с этим у человека появляется больше свободного времени, а, следовательно, и возможностей для творчества, самореализации. В это время технические разработки становятся все более наукоёмкими, теоретические знания приобретают наибольшее значение. Все больше внимания уделяется человеку, как носителю знания. Распространение этого знания обеспечивает сверхразвитая сеть коммуникаций. Человеческий капитал превращается в один из лидирующих факторов производства.
    Стадии (волны), по мнению Тоффлера, это рывок в науке и технике, который приводит к тотальным переменам в жизни общества. Второй этап, представленный авторами, можно смело назвать этапом становления капитализма. Именно тогда происходило накопление капитала в Европе, сопровождаемое ростом торговли и изобретением и развитием обслуживающих её институтов. Так практически за два столетия (XVIII-XX века) капитализм и технический прогресс завоевали весь мир и способствовали созданию глобальной цивилизации.

Исторические этапы повышения роли знания

Сам капитализм и технические новшества не были сами по себе чем-то новым, о них в течение многих веков было известно в Европе и на Востоке. Самым поразительным стали темпы их распространения сквозь культурные, классовые и географические границы. Причиной тому стало изменение в роли знания. Из сферы бытия знание перешло в сферу действия, стало одним из видов ресурсов. От товара частного оно превратилось в товар общественный. Об этом в своей работе «Посткапиталистическое общество» говорит американский экономист П. Дракер.

Ученый выделил три этапа повышения роли знания: промышленная революция, революция в производительности труда и революция в управлении. Общество прошло путь от знания (в единственном числе) к знаниям (во множественном числе), т. е. к многочисленным отраслям знаний.

Промышленная революция

Так на протяжении первого столетия (первого этапа развития общества) знания использовались для изготовления орудий труда, производственных технологий и видов продукции. Это дало начало промышленной революции, однако это привело к возникновению процесса «отчуждения», упомянутого Карлом Марксом в работе «Экономико-филосовские рукописи» (1844 год), новых классов и межклассовых войн, а затем и к идее коммунизма. Ранее капитализм представлял собой лишь один из элементов общества и охватывал какую-либо отдельно взятую территорию, то современный капитализм, или Капитализм с большой буквы, за 100 лет охватил всю Европу, а впоследствии и весь мир.

В доиндустриальной эпохе любые технологические изменения внедрялись медленно, так как зачастую не выходили за рамки отдельного ремесла или узкой сферы применения. В период индустриальной революции все новые изобретения внедрялись очень быстро и повсеместно во всех отраслях.

Общественные преобразования, которые стали результатом наступления современного капитализма и промышленной революции, проявили себя менее чем за сто лет. Так к 1850 году капиталисты и пролетарии превратились в доминирующие классы. Благодаря высоким темпам и всеобъемлющим масштабам преобразований капитализм совместно с промышленной революции сформировали мировую цивилизацию. Но широкой диссеминации капитализма и преобразованию технического прогресса в промышленную революцию способствовал ряд факторов связанных между собой. К примеру, что капитализм берет свое начало в протестантской религии (Макс Вебер «Протестантская этика и дух капитализма»), или идея Маркса об истоках капитализма в необходимости  вложения капитала в паровой двигатель  капиталистами в виду невозможности реализации этого силами самих ремесленников по причине его высокой стоимости. Однако фундаментальным из них является процесс изменение значения знания в XVIII веке.

Логичнее будет рассматривать данный процесс через призму  двух философских теорий о природе знания, теории Сократа и его ближайшего оппонента Протогора. Сократ единственной целью знания выделял самопознание, которое вело к духовному и нравственному развитию человека. Протагор напротив, настаивал, что цель знания заключается в том, чтобы сделать деятельность человека эффективной и успешной. Для Протагора ключевыми дисциплинами являлись риторика, логика и грамматика. Именно они стали базисными дисциплинами средневековья и по сей день применяются к понятию широкого образования. Восточные философские теории конфуцианства, даосизма и дзенбуддизма схожи с западными. Несмотря на различия, их объединяло одно: каждая из теорий четко определяла — что не есть знание. Знание никогда не означало способность к действию. Полезность это не знание, это умение, навык или ремесло – techne (с греч.). Techne не представляло собой знание, а лишь набор узких принципов для конкретного применения в определенной отрасли. Для их приобретения человек должен был поступить в ученики к мастеру или накопить собственный опыт.

Понятие технология сформировалось в период с 1700 года по 1750. В нем содержалось два элемента, «techne» – как навык или ремесло и «логия» – как систематизированное знание. К 1747 году было открыто первое учебное заведение во Франции – «Школа мостов и дорог» (фр. École nationale des ponts et chaussées), а в 1794 году все в той же Франции был открыт первый технический университет — «Политехническая школа во Франции» (фр. École Polytechnique). Через полвека в отдельную отрасль знания была систематизирована и медицина. Одновременно с основанием новых учебных заведений в Великобритании было начато поступательно движение от монопольных патентов для избранных к патентам способствующих развитию технологий, орудий труда и других изделий предназначенных для всеобщего пользования (достояния общественности). Все это привело не только к широкому распространению изобретательства, но и к тому, что ремесло перестало быть таинством. Однако без преувеличения центральным событием той эпохи стало издание «Энциклопедии» (с 1751 по 1772 годы), величайшей книги, где авторами (Дени Дидро и Жан Д’Аламбер) были систематизированы знания о существующих ремеслах. Таким образом, techne стало общим достоянием, практический опыт преобразовался в знание, а конкретные действия в прикладную науку. Все вышеперечисленное и есть базис промышленной революции, процесс развития общества на основе эволюции техники. Данное изменение в значении знания обеспечило доминирующую роль капитализма. Как заметил американский экономист и социолог Роберт Хейлбронер: «наука, как мы знаем, зародилась задолго до капитализма, но не получала своего полного развития до тех пор, пока капитализм прочно не встал на ноги»[21].

Революция в производительности труда

Переход к новой технике и технологиям требовали от мелких разрозненных производителей большого количества ресурсов, и как следствие вложение крупного капитала. Так от мелких кустарных производств, в целях повышения эффективности применения накопленного знания, произошел переход к мануфактуре и сосредоточению производства под одной крышей. Производство, основанное на умении ремесленников, сменилось производством основанном на технологиях, выделив капиталистов в превалирующий класс в обществе. К началу XVIIII века на смену крупным предприятиям, находящимся в государственной собственности пришли крупные частные капиталистические. Темпы их распространения по миру были впечатляющими. К концу XIX века ими был охвачены практически все государства за исключением далеких уголков центральной Азии.

Высокие темпы изменений в обществе, в его социально-экономической структуре привели к забастовкам и недовольствам населения. Хотя сама по себе индустриализация сопровождается повышением материального положения населения. Поэтому идеи по научной организации труда в то время столкнулись со стеной социальной напряженности. Речь идет о применении знания к процессу труда основоположником менеджмента Фредериком Тейлором. Согласно тейлоровской системе «научного управления», любой труд анализируется при помощи одной и той же схемы, систематизируется и передается в процессе обучения любому человеку. Впоследствии из его идей выросла современная система профессионально-технического обучения. Профсоюзы же тех времен были по преимуществу кастовыми образованиями, где ревниво охраняли свои «секреты мастерства», не систематизировали свои знания и не имели подчас никакого письменного их описания. Идеи Тейлора настолько задевали их интересы, что профсоюзные лидеры добились от Конгресса принятия закона, который запретил «исследования рабочих операций» на государственных оружейных заводах и судоверфях вплоть до второй мировой войны.

Однако наибольшее влияние теория Тейлора оказала на формирование системы профессиональной подготовки рабочих. Руководствуясь принципами Тейлора США удалось в период второй мировой войны из неквалифицированных рабочих получить прекрасных специалистов сварщиков, судостроителей и многих других. С его именем связывают успехи американцев в борьбе против фашизма. Применение знаний к организации труда привело к повышению производительности труда. Повышением производительности воплотилось в увеличение материального благосостояния рабочих и как следствие привело к улучшению качества жизни населения передовых стран.

Стоит отметить, что к 1930 году система научного управления, несмотря на сопротивление со стороны профсоюзов, широко распространилась в большинстве развитых стран. А в свою очередь теория Маркса, доказала свою несостоятельность, так как созданный им «пролетарий» превратился в зажиточного буржуа. Капитализм и промышленная революция в первую очередь принесли выгоду рабочим, а не капиталистам.

В свете вышеизложенного, уместным кажется высказывание П. Друкера: «Считается, что Дарвин, Маркс и Фрейд преобразовали современный мир. По справедливости, Маркса в этом ряду следовало бы заменить Тейлором[4].

Резюмируя второй этап эволюции знания (революция в производительности труда) стоит заметить, что знание стало основным фактором производства. Такие монументальные факторы как земля, рабочая сила, капитал приобрели второстепенное значение. Вышеперечисленные факторы производства могут быть получены путем применения знания.

Революция в сфере управления

Точнее всего будет представить знание как ресурс, необходимый для  развития общества и его социально-экономической системы. Использовать знания для поиска наилучших путей достижения результата на основе имеющейся информации. В настоящее время стало нормой регулярное использования знания для определения, какие знания требуются индивиду в социуме и как эффективно их использовать. Именно об этом в своих работах писали Д. Белл, Э. Тоффлер, Т. Стюарт и П. Дракер. Это третья ступень в изменении роли знания. Революция в сфере управления. Если промышленная революция достигла масштаба мировой пандемии с середины XVIII века до середины XIX, революция в производительности труда с 1880 года до конца второй мировой войны, то революция в управлении с 1945 года по 1990-й.

Первоначально понятие управление или менеджмент появилось на коммерческих предприятиях и использовалось применительно к управлению производственно-коммерческой деятельностью. Но позже стало ясно, что в эффективной системе управления на основе знания еще сильнее нуждаются государственные и некоммерческие организации. Ведь там как нигде отсутствовал фактор прибыльности, выступающий  лучшим мотиватором в развитии системы управления. Таким образом, управление является общим понятием, вне зависимости от функций и задач организации. Кроме того, с использованием знания в управлении организацией руководитель превратился из человека ответственного за работу своих подчиненных и обладающего властью и статусом, в человека обязанного за эффективное применение знания.

Тот факт, что знание стало доминирующим ресурсом, превратило наше общество из индустриального в постиндустриальное (посткапиталистическое). Человечество от единичного знания шагнуло к знанию множественному, включающему большое количество отдельных отраслей. От общего к частному.

Так же важным событием в эволюции знания стало преобразование ремесла (techne) в дисциплину, как  конкретное специализированное знание, связанное с практической подготовкой. Научная дисциплина преобразовала ремесло в методологию, где частный опыт трансформируется в систему, а отдельные события в информацию. Как известно, систематизированные умения и навыки могут с легкостью преподаваться и усваиваться.

Обобщая изложенную информацию можно с уверенностью сказать, что знание это энергия, создающая общество как систему. Элементами такой системы, построенной на знании, являются люди, обладающие знаниями в различных отраслях. От этих людей, их потенциала и  капитала знаний зависит, то, каким путем и какими темпами будет в дальнейшем развиваться общество.

Человек: ресурс или потенциал развития?

Как было сказано в первой главе, развитие ведущих стран мира, привело к формированию постиндустриальной экономики, новой экономики знаний, инноваций, мировых информационных систем, интеллектуального труда, науки и научных технологий. Основополагающим фактором развития данной экономики и современного общества являются человеческий капитал и человеческий потенциал.

Еще Платон в своем трактате «Государство» затронул проблему человека в социально-экономическом аспекте, говоря о принципах построения общества, классовости и индивидуальных свойств человека. С точки зрения Платона в «идеальном» государстве у власти должны стоять философы, обуславливающие благосостояние и справедливость государства. Впервые термин «философ» употребил Пифагор, вкладывая в него значение человека любящего или испытывающего влечение к мудрости и знанию. Поскольку Платон был учеником Сократа, то и целью знания, как и для его наставника, было самопознание. То есть в его понимании философ-правитель – это человек, который стремится к самопознанию для нравственного и духовного развития себя и управляемого им общества.

Кроме того, истоки концепций человеческого потенциала в развитой форме можно видеть в раннем марксизме, трактовках общества Э. Дюркгеймом, М. М. Ковалевским, М. Вебером, Г. Зиммелем, П. А. Сорокиным и другими социологами конца XIX — начала ХХ века, придававшими значение человеческой субъектности — независимо от различий их теоретико-методологических позиций.

В 1960-1970-х годах философские, социологические, экономические, антропологические и другие исследования человека привели к утверждению концепций «человеческих ресурсов» и «человеческого капитала» (П. Бурдье, Э. Флэмхольц и др.). Для трактовок человеческих ресурсов наиболее подходящим был социально-организационный горизонт, а для трактовок человеческого капитала — горизонт экономический. В первой половине XX века  концепция «человеческих ресурсов» рассматривала индивида как некий элемент системы предприятия («живой машины»), носителем трудовой функции. Однако с развитием менеджмента вектор был смещен в сторону личности, как субъекта трудовых отношений и теории человеческого капитала. Определяющими в развитии теории человеческого капитала стали научные труды Т. Шульца и Г. Беккера, которые были по достоинству оценены общественностью. Об огромном вкладе этих ученых в науку свидетельствуют Нобелевские премии, полученные каждым из них.

Т. Щульц внес существенный вклад в становление теории человеческого капитала на начальном этапе ее развития, в ее принятие научной общественностью и популяризацию. Он сделал многое для понимания роли человеческого капитала как основного производительного фактора индустриальной и постиндустриальной экономик.

Г. Беккер перенес понятие человеческий капитал на микроуровень. Человеческий капитал предприятия он определил как совокупность навыков, знаний и умений персонала.  В качестве инвестиций в  работников Беккер учел затраты на образование и обучение. Беккер оценил экономическую эффективность образования, прежде всего, для самого работника. Дополнительный доход от высшего образования он определил как разницу между доходами тех, кто окончил колледж, и работников со средним общим образованием.

Данные концепции позволили увидеть в человеке не просто один из функциональных элементов производственных, социальных, технических, коммерческих и других систем, но такое начало, которое никак не может быть жестко встроено в эти системы, редуцировано к чистой функциональности.

Человеческий потенциал как феномен самоценности человека

Сегодня подходы «человеческих ресурсов» и «человеческого капитала», рассматриваются как подходы, не дающие всестороннее представление о человеке. При всей их содержательности и продуктивности, они ограничены тем, что человек в них предстает, прежде всего, как то, что так или иначе  потребляется, используется в процессах производственной или социальной практики. Например, в современной трактовке российский ученого экономиста Ю.А. Корчагин [8] «современный человеческий капитал» – это интенсивный производительный и социальный фактор развития и жизнедеятельности субъекта, который неразрывно связан с человеком, с его интеллектом и менталитетом. Ю.А. Корчагин отмечает, что человеческий капитал формируется за счет инвестиций в воспитание, образование, здоровье, знания, предпринимательскую способность, информационное обеспечение, безопасность и экономическую свободу населения, а также в науку, культуру и искусство. Из определения действительно видно, что человек в данном определении активно интернализирует социально-экономическую систему. Именно поэтому появилась необходимость внедрения другого понятия, более объемного, которое бы включало в себя оба перечисленных ранее аспекта рассмотрения человека с акцентом на его самоценность. Таким понятием стал человеческий потенциал. По мнению В. Буланова и  Катайцевой [3] человеческий капитал является важной (но не единственной). формой проявления человеческого потенциала в системе рыночных отношений. Сами по себе расходы на образование и т.д. — не являются гарантией прироста человеческого капитала. То есть инвестиции в образование представляют собой лишь возможные выгоды в будущем, а к сфере возможного относится понятие «потенциал», — следовательно, следует применять термин «человеческий потенциал». Само понятие потенциал берет свои корни из физики, где чаще всего оно употребляется в словосочетании «разность потенциалов». Под этим понимается способность системы совершать некоторую работу. Применительно к человеческому потенциалу это говорит о том, что он нечто данное человеку от рождения, но в большей мере формирующееся и развивающийся в процессе социализации личности. То есть потенциал человека может развиваться дифференцированно.

Говоря о потенциале, стоит отметить одну отличительную черту применительно к человеку и физической системе. В случае с физической системой ее потенциал в процессе работы уменьшается. Если же мы говорим о человеке, то реализация потенциала, в большинстве своем, ведет к его развитию и обогащению. Примером может служить использование человеком своих способностей для приобретения нового знания.

Вот почему индикатором совершенства общества,  государства и его социально-экономической политики служит способность обеспечивать как сохранение, так и развитие, и реализацию человеческого потенциала граждан.  Сегодня, в рамках Программы развития ООН, разработаны показатели, позволяющие определить количественные характеристики человеческого потенциала для каждой страны. Так ООН используется показатель индекс развития человеческого потенциала, включающий в себя среднедушевой доход, среднюю ожидаемость, продолжительность жизни и уровень грамотности населения. Такой показатель позволяет не только сравнивать государства по этому комплексному параметру, но и ставить и решать множество самых разнообразных задач в области определения и оценки социальной политики. Однако надо отметить, что возможности развития и в особенности реализации потенциала во многом зависят от того, насколько в обществе защищены и гарантированы права человека.

Несмотря на вышеупомянутую точку зрения (В. Буланов, Е. Катайцева), мнения российских ученых в части превалирования одного из понятий над другим (человеческий капитал и человеческий потенциал)  разделились. В науке до сих пор нет единого мнения относительно человеческого капитала и человеческого потенциала, однако остается фактом, что они оба неразрывно связаны друг с другом.

Интеграция экономической теории в социологию

Человек интегрирован в социум и не мыслит существование вне его. В процессе своей деятельности он применяет знания, которыми обладает, реализует и развивает свой человеческий капитал и потенциал в сложившейся экономической, социальной и политической жизни. Кроме того, в обществе формируется социальное поведение индивида, оказывающее прямое воздействие на перечисленные выше элементы.

Существуют два научных направления, объясняющих это поведение. Речь идет о двух сложившихся стереотипах индивида (актора) в социологии и в экономической теории соответственно. Социологи рассматривают индивида как элемент, чье поведение управляется социальными нормами, правилами и обязательствами. При таком подходе не составит труда изучить поведение индивида и понять, как оно изменяется под воздействием социальной среды. Экономисты придерживаются подхода что, индивиды — это лица, принимающие самостоятельные решения и действуют, руководствуясь только собственными интересами. Данный принцип лежал в основе неоклассической экономической теории. Эти подходы соответствуют экономическим моделям рационального поведения человека. Модели «рациональность как таковая» и модели «следование своим интересам». Стоит уточнить, в первом случае модель включает в себя формы: максимизация (выбор лучшего варианта из всех имеющихся), ограниченную и органическую рациональности, дополняющих друг друга. Во второй модели в науке выделяют формы оппортунизма, с его фанатичным следованием своим интересам через обман, ложь и воровство; простого следования своим интересам (вариант эгоизма) и послушания.

Стоит отметить, что оба из указанных направлений имеют свои недостатки. В частности социологическом направлении у индивида, сформированного социальной средой, отсутствовал стимул к действию. Экономическое же направление столкнулось с проблемой эмпирической реальности, когда действия индивида формируются, направляются и регулируются социальным контекстом в лице норм, личного доверия, социальных связей и социальных организаций, важных для работы экономики и общества в целом. Все эти проблемы вызвали активность ряда авторов, попытавшихся обобщить некоторые понятия и исследовать, каким образом социальная организация влияет на функционирование экономической активности (О. Уильямсон, Г. Беккер и д.р.).

Чуть позже немецкий социолог П. Вайзе в своей научной статье сравнил эти два направления, выбрав за объект анализа двух модельных людей «homo economicus» (человек экономический) и «homo sociologicus» (человек социальный) [3]. Для первого синонимом стали слова: «норма, санкции, роли», а для второго: «рынок, цена, предпочтения». «Экономист с усмешкой наблюдает, как тяжело социологу в узком кругу экономических идей, в то время как последний ошеломленно следит  за быстрыми, но неправильными  телодвижениями  экономиста в сложной социологической постройке». Он предложил объединить эти два понятия, два направления, результатом чего стал еще один модельный вид под названием «homo socioeconomicus» (человек социальных наук). Он объединил в себе первые два. «Человек социальных наук», является человеком, который совершает действия, направленные на удовлетворение собственных потребностей, координирует свое поведение с поведением других людей, а также обладает способностью изменять свои предпочтения. П. Вайзе [3] говорил о важности таких качеств среди индивидов как лояльность, авторитет, честность. По его мнению, они должны стать основополагающими в экономической и социальной жизни постиндустриального общества. Вышеупомянутые теории послужили базисом для обновленного анализа экономических систем.

Корреляция социального капитала и человеческого

Самым значительным результатом проведения анализа социальных систем с использованием экономических принципов рационального поведения стала концепция «социального капитала» Дж. Коулмана [5]. В своей работе «Капитал социальный и человеческий» Коулман говорит о том, что это потенциал взаимного доверия и взаимопомощи, целерационально формируемый в межличностных отношениях: обязательства и ожидания, информационные каналы и социальные нормы. В отличие от иных форм капитала, социальный капитал свойствен структуре связей между индивидами и среди них. Это не зависит ни от самих индивидов, ни от средств производства.

Происхождение социального капитала автор связывает с изменениями  в отношениях среди индивидов и облегчает их деятельность. К тому же он тесно связан с человеческим потенциалом и капиталом. Если последние два проявляются в навыках и знаниях, которые приобрел индивид, то социальный капитал, можно сказать, не осязаем и не видим и существует лишь в межличностных отношениях. Однако все три облегчают производственную деятельность.

Одной из самых главных характеристик социального капитала — эта та роль, которую он играет в формировании человеческого капитала и потенциала. В первую очередь речь идет о формировании человеческого капитала посредством социального взаимодействия в семье по отношению к подрастающему поколению. Основываясь на статистических исследованиях, Коулман установил, что чем больше родители уделяют времени подрастающему поколению, чем прочнее отношения между родителями и детьми, тем выше уровень человеческих потенциала и капитала. Данные, представленные Коулманом, подтверждают важное значение социального капитала для образования молодежи или, иными словами, на важное значение социального капитала в создании человеческого капитала и человеческого потенциала.

Продолжателем концепции Дж. Коулмэна стал американский экономист и футуролог Фрэнсис Фукуяма. В своей книге «Доверие» он акцентирует внимание на неразрывности экономической жизни с социальной и политической. В ней говорится о том, что экономика представляет собой одну из наиболее фундаментальных и динамичных форм общения людей. В каждом виде экономической деятельности возникает социальное взаимодействие, несмотря на то, что каждый человек на предприятии работает для того чтобы удовлетворить свои индивидуальные потребности.

Центральным понятием его книги стало «доверие» (trust). Фукуяма подчеркивает, что эта характеристика формируется в результате длительной эволюции того или иного общества и что уровень доверия служит фундаментальным залогом стабильности социальной структуры. В обществах с низким уровнем доверия государство способно поддерживать хозяйственную эффективность, но это не приведет к позитивным переменам в социальной среде. Доверие индивида к индивиду, от индивида к обществу.

«Доверие» Фукуямы [14] схоже с понятием «социального капитала» Коулмана. Это некий социальный клей, который позволяет мобилизовать дополнительные ресурсы отношений на основе доверия людей друг к другу. Так же как и Коулман он уделяет особое внимание в своей книге человеческому капиталу. От способности общаться и организовывать коллективные действия зависит способность подчинять интересы больших групп интересам отдельных личностей. Именно это становится основой доверия и представляет экономическую ценность. Автор выделяет страны с высоким уровнем доверия (Япония, США, Германия) и как следствие высоким уровнем экономического развития, и страны с низким уровнем доверия, к которому относятся многие страны с постсоветского пространства, в том числе и Россия.

Дж. Коулман и Ф. Фукуяма в своих работах отмечают, что в ближайшие годы мировое население в каждом следующем поколении  ждет снижение уровня человеческого потенциала и человеческого капитала по причине снижения уровня социального капитала. Ведь «сущность социального капитала (свойство, присущее большинству форм социального капитала, отличающее его от других форм капитала) заключается в его выражении в качестве общественного блага: индивид или индивиды, создающие социальный капитал, обычно получают только малую его часть. А это приводит к недостаточному инвестированию в социальный капитал»[5].

Человеческий капитал и потенциал в России

Не менее важным при рассмотрении теорий  «человеческого капитала» или «человеческого потенциала» является фокусировка данных теорий с поправкой на окружающую среду, тот ареал территорию, регион, государство, где они применяются и развиваются. В связи с этим целесообразно увидеть их эволюцию на просторах нашей страны.

Понятие человеческий капитал появилось в российских научных источниках сравнительно не давно, с переходом к рыночной экономике. До этого данное понятие считалось атавизмом, элементом буржуазного общества. Долгое время оно оставалось не тронутым, поскольку ведущие экономические ВУЗы возглавляли руководители с «советским мышлением». Несмотря на то, что реальное восприятие и внедрение в российскую практику теории человеческого капитала затянулось на многие годы, на сегодня оно является одним из центральных интенсивных факторов развития экономики. Особый вклад в развитие этого фактора внесли современные российские экономисты  Ясин, Ю.А. Корчагин и др.

Проблемы человеческого капитала в России и пути их решения

В своих работах Е.Г. Ясин, Ю.А. Корчагин затрагивают те проблемы, с которыми столкнулась Россия на пути экономического и социального развития. Оба экономиста схожи во мнении, что величина и качество российского человеческого капитала (ЧК) и человеческого потенциала сыграли решающую роль в судьбе России и россиян. Распад СССР, главным образом, и был предопределен процессом накопления отрицательного человеческого каптала, который, в частности, выразился в деградации, беспомощности и непрофессионализме правящей элиты. В неспособности страны в рамках существующей системы создать современную инновационную экономику. Сказалось и истощение экстенсивного способа развития за счет распродаж сырьевых ресурсов. Неспособность страны перейти к интенсивному способу развития и роста экономики. Постиндустриальная экономика, уровень и качество жизни развитых стран оказались с тем запасом ЧК, который был сформирован в советских условиях, недоступными для России. В итоге при переходе к рынку, к начальному этапу демократии Россия, включая элиту страны и население, оказалась неготовой к жизни в новых условиях.

Е.Г. Ясин подчеркивает, что «нынешний экономический рост, поддерживаемый исключительно высокими ценами на нефть, закончится года через два-три — и мы вступим в некую новую эпоху. Ее принято называть экономикой знаний, и ее запросам надо соответствовать, иначе мы рискуем стать очередным «провалившимся» государством (таковыми в ускоренном темпе становится большинство развивающихся стран). Как считает Ясин, Россия к новой эпохе не готова из-за недооцененности человеческого капитала. «Человеческий капитал — единственный реальный ресурс развития страны на ближайшее время!»[17].

Ю.А. Корчагин призывает государство принять решительные меры по созданию сильного и эффективного российского государства и выходу из глубоких экономического и нравственного кризисов. Ученый выделяет несколько первостепенных мероприятий необходимых для решения сформулированной проблемы:

  1. Увеличение инвестиций в человеческий капитал и его эффективное использование как производительного и социального фактора развития страны и регионов.
  2. Создание современной инновационной экономики на базе российского человеческого капитала с использованием мировых научных достижений. И организации притока извне человеческого, физического и финансового капиталов.
  3. Преодоление многовекового раскола между обществом и населением, с одной стороны, и российским государством, с другой, на базе новой идеологии. Российское государство должно стать эффективным инструментом развития страны в направлении повышения уровня и качества жизни населения.

Для решения этих проблем необходимы огромные средства, значительные инвестиции. Причем, со стороны государства.

Нельзя не согласиться с высказанными Е.Г. Ясиным и Ю.А. доводами. Все перечисленные проблемы и пути их решения лежат в плоскости теорий социального капитала, человеческого потенциала и человеческого капитала. Таким образом, развитие научной мысли в данных сферах является приоритетными для российского научного сообщества.

Заключение

В статье обобщены научные труды известных философов, экономистов и социологов, которые непосредственно или опосредовано, касались темы человека, его потенциала и капитала, и их роли в социально-экономическом развитии общества и государства. Кроме того, показано, каким образом знание, которым обладал человек, перешло из категории «единственного числа» к знанию «числа множественного» и превратилось в энергию создавшее общество.

Что же такое человек: ресурс или потенциал социально-экономического развития в постиндустриальном обществе? Невозможно было бы ответить на этот вопрос, не рассмотрев эволюцию стадий развития человечества посредством изменения значения знания. Пристальный анализ трех этапов эволюции общества позволил сделать вывод, что человек прошел путь от «ресурса» в индустриальную эпоху, где он был лишь винтиком живой машины производства, до центральной фигуры каждой развитой экономической системы в постиндустриальную эпоху, чей интеллект, знания, образование стали потенциалом, капиталом иинтенсивным фактором экономического развития. Причем в отличие от физического капитала (материальная база, ресурсы и т.п.), которому свойственно изнашиваться и устаревать в процессе своей эксплуатации, капитал человеческий находится в процессе постоянной эволюции. Человек научился использовать свои знания, для получения нового знания, что без преувеличения позволяет его назвать «драгоценностью» нашего времени.

Однако чтобы эта «драгоценность» постоянно окаймляла себя новыми гранями знаний и самосовершенствовалась, государству крайне важно создать условия для этой безостановочной ювелирной работы. Этот процесс можно сравнить с циклом постоянного улучшения качества «PDCA» У.Э. Деминга: планируй (P-plan), делай (D-Do), проверяй и контролируй (C-Check), работа над ошибками (A-Action). Бесконечно замкнутый процесс, с полным оборотом круга которого мы получаем все более успешного и развитого человека, и общество богатое человеческим потенциалом и капиталом. Впрочем, немаловажно будет напомнить, что в соответствии с пирамидой потребностей человека, предложенной А. Маслоу (5 ступеней), механизм саморазвития человека, его тяга к образованию и получению новых знаний запускается лишь при условии удовлетворения его потребностей, находящихся на оставшихся нижних четырех ступенях (снизу вверх – потребности физиологические, в безопасности, социальные и в уважении). Пройти эти ступени практически невозможно без помощи государства. Вот почему большинство отечественных ученых сходятся во мнении, что когда начинается разговор о проблемах государственных реформ, нужны они или не нужны, встает вопрос об их интеграции в общество, реакции и последствий. В свою очередь научно-теоретическая и практическая база для проведения реформ необходима.

Роль науки и знания в обществе с каждым днем возрастает и в наше время, в нашей стране в рамках развития постиндустриальной и инновационной экономики важно и актуально уделить внимание проблемам развития человеческого потенциала, человеческого капитала и капитала социального.


Библиографический список

  1. Алчян А., Демсец Г. Производство, стоимость информации и экономическая организация//Вехи экономической мысли — Том 5: Теория отраслевых рынков — Санкт-Петербург: Экономическая школа, 2003. С. 280-317
  2. Беккер Г. Человеческое поведение: экономический подход. – ГУ-ВШЭ. 2003.
  3. Буланов В., Катайцева Е. Человеческий капитал как форма проявления человеческого потенциала // Общество и экономика. 2011. — № 1. С. 13 – 22.
  4. Вайзе П. Homo economicus и homo sociologicus: монстры социальных наук//THESIS. 1993. Вып. 3. С. 115 – 130.
  5. Дракер П. Посткапиталиститческое общество//Иноземцев В.Л. Новая постиндустриальная волна на Западе; Антология: — М.: Academia, 1999. С. 79 – 112.
  6. Коулмэн Дж. Капитал социальный и человеческий//Общественные науки и современность. 2001. № 3. С. 121 – 139.
  7. Корчагин Ю.А. Взаимосвязь информации и человеческого капитала. http://lerc.012345.ru/informatics/0001/0006/; Красина О., Крутий И. Развитие человеческого капитала в условиях перехода к обществу знания  http://www.muh.ru/.Docs/niipo/11_2007%20.htm?user=63ac4b3b895b5ca4a79c841c3f3fd400
  8. Корчагин Ю.А. Российский человеческий капитал: Фактор развития или деградации? — Воронеж: ЦИРЭ, 2005.
  9. Корчагин Ю.А. Российский человеческий капитал: фактор развития или деградации?: Монография. – Воронеж: ЦИРЭ, 2005.
  10. Корчагин Ю. А. Человеческий капитал — что это такое и почему капитал? — Воронеж: ЦИРЭ. http://www.lerc.ru/?part=articles&art=3&page=20
  11. Корчагин Ю. А. Эффективность и качество национальных человеческих капиталов стран мира. — Воронеж: ЦИРЭ. Вестник 38, 2011
  12. Корчагин Ю. А. Человеческий капитал как интенсивный социально-экономический фактор развития личности, экономики, общества и государственности, — Москва, ВШЭ, 2011.
  13. Солнцев С.И. Общественные классы/Сергей Иванович (Липщсв; вступ. статья, сост. и комментарии B.C. Сычевой. — М.: Авгредь, 2008.
  14. Тоффлер Э. Адаптивная корпорация// Иноземцев В.Л. Новая постиндустриальная волна на Западе; Антология: — М.: Academia, 1999. С. 494 – 506.
  15. Фукуяма Ф. Доверие:  социальные  добродетели и путь к процветанию: Пер.  с  англ. / Ф. Фукуяма. — М.: ООО «Издательство ACT»: ЗАО НПП «Ермак», 2004.
  16. Юдин Б.Г. Человеческий потенциал как критический ресурс России. – М.: ИФРАН, 2007.
  17. Ясин Е.Г. Человеческий капитал: целевые вложения в подготовку высококвалифицированных кадров, приспособленных к новым условиям: Научный семинар. – ГУ-ВШЭ, 2007.
  18. Ясин Е.Г. Социальный капитал в России: измерение, анализ, оценка влияния: Научный семинар. – ГУ-ВШЭ, 2011.
  19. Becker, Gary S. Human Capital. N.Y.: Columbia University Press, 1964.
  20. Eltis D. Human capital and institutions/Cambridge University Press. 2009.
  21. Heilbroner R. The Limits of American Capitalism. N Y., 1966. P. 115
  22. Shultz T. Investment in Human Capital. N.Y., London, 1971.