6+

Перспективы формирования международно-правового режима криптовалюты

Авторы


Россия, Российская государственная академия интеллектуальной собственности
[email protected]


Кандидат юридических наук, доцент кафедры ГиПП
Россия, Российская государственная академия интеллектуальной собственности
[email protected]

Аннотация

Статья посвящена актуальной в настоящее время проблематике – перспективам формирования международно-правового режима криптовалюты. Автором рассматриваются различные правовые подходы к понимаю данного явления, выделяются основные сложности при его правовом регулировании на примере разных странах, в том числе, Российской Федерации. Даётся характеристика формированию международно-правового режима криптовалюты. Проводится оценка рисков, в случаи игнорирования криптовалюты как явления. В результате автором предлагаются отдельные рекомендации на пути создания единого международно-правового поля, регулирующего криптосферу.

Ключевые слова

криптовалюта, правовое регулирование, биткоин, блокчейн, майнинг, криптовалютные биржи, цифровая валюта, цифровой актив, токен, финансовые активы, правовая интерпретация.

Print Friendly, PDF & Email

Категории статьи:

Читайте также

Статья также доступна (this article also available):

Рекомендуемая ссылка

Краснов Николай Александрович , Сергеева Наталья Юрьевна
Перспективы формирования международно-правового режима криптовалюты// Современные технологии управления. ISSN 2226-9339. — №1 (94). Номер статьи: 9410. Дата публикации: . Режим доступа: https://sovman.ru/article/9410/

Введение

Сегодня современное общество находится на этапе глобального перехода к совершенно новому укладу жизни, связанному с влиянием на него информации и цифровых технологий, внедрение которых привело к созданию абсолютно новой экономической и социальной формации – информационному обществу. Согласно Указу Президента РФ «О Стратегии развития информационного общества» под ним понимается общество, в котором информация и уровень ее применения и доступности кардинальным образом влияют на экономические и социокультурные условия жизни граждан [1]. При этом государством должны быть четко определены границы допустимой деятельности в цифровой среде, регламентированы требования информационной безопасности для защиты интересов личности, общества, государства.

Однако здесь, прежде всего, важно учитывать степень вмешательства государства в информационное общество и не допустить государственного ограничения экономических прав и свобод хозяйствующих субъектов, поскольку указанные действия могут нанести существенный урон стремительно развивающейся цифровой экономике.

Вместе с тем, правовое регулирование цифровой среды является явно недостаточным, что создает колоссальные проблемы, как перед обществом, так и перед государством. Так, в настоящий момент общественные и государственные институты столкнулись с новым вызовом. Имя этому явлению – криптовалюта. Построенная на основе механизма blockchain криптовалюта возникла в 2009 году, когда Сатоши Накамото опубликовал статью «Биткоин: одноранговая система электронной наличности» [2]. В данной работе были изложены концепция и подробности функционирования биткоина и технологии blockchain в целом. В наши дни многие теоретики экономики и права говорят о криптовалютах как об одной из наиболее перспективных технологий. Актуальности данному феномену придает факт противоречивого характера понимания и отсутствие единого законодательного толкования сферы криптовалют. В мире существует множество точек зрения касаемо сущности криптовалюты: начиная от «криптовалюта представляет собой ценные бумаги» [3] и, заканчивая «криптовалюта является финансовой пирамидой» [4].

 

Результаты исследования

Вопрос правового регулирования криптовалютной деятельности носит глобальный характер. Чтобы сохранять конкурентоспособность в современном цифровом пространстве, необходимо не только исследовать новые технологии, но и определить их законодательное регулирование. В настоящей работе будут рассмотрены не только различные правовые подходы к толкованию криптовалюты, но, прежде всего, ее цель состоит в оценке перспективы формирования единого международно-правового режима данного явления. Следует отметить в свете сказанного, что попытки эффективного правового регулирования криптовалют ярко иллюстрируют проблемы, с которыми сталкиваются государственные структуры по всему миру не только при создании оптимального правового поля для криптовалютного бизнеса, но и при попытке определить и понять такое явление, как децентрализованные системы в целом. Как уже было замечено ранее, в мировом сообществе существует множество точек зрения на видение правовой природы криптовалюты. Ниже мы рассмотрим некоторые из них.

Интересно, что наиболее благоприятные условия для развития криптовалютной индустрии смогла создать Австралия. Правовой статус криптовалюты Резервный банк Австралии определяет как альтернативу валютам разных стран и платежную систему [5]. Иными словами, цифровую валюту легально можно использовать как средство платежа, в частности существует возможность выплачивать заработную плату в криптовалюте (при наличии договора между работником и работодателем) [6]. Ещё в 2014 году Налоговая служба Австралии решила вопрос налогообложения криптовалютных операций. Причем налогом облагается не само «держание» криптовалюты, а лишь доход или прибыль, полученные от сделок с цифровыми активами [7]. Австралия смогла решить проблему и с отмыванием денег. Согласно закону все биржи криптовалюты должны быть официально зарегистрированы в Австралийском отчётно-аналитическом центре транзакций (AUSTRAC). Таким образом, Австралийское законодательство создает, по сути, прорывное правовое поле для развития цифровой валюты в стране.

Не менее развитый финансово-технический рынок криптовалюты удалось создать в Китае, где сложился однозначный подход к интерпретации данного явления. Так, под криптовалютой в КНР понимается некий актив или виртуальный товар. Продажа цифровых денег может облагаться налогом на добавленную стоимость, а доход и прибыль в криптовалюте подлежат обложению налогом на прибыль, подоходным налогом и налогом на прирост капитала [8]. Криптовалюта в Китае имеет свободное «хождение», не считая обязательного лицензирования бирж. В 2017 году Китай запретил организациям использовать «свободную» криптовалюту в качестве инвестиционного инструмента [9]. Однако уже к 2020 году Народный банк Китая в рамках пилотной программы ввёл в четырех городах страны национальную криптовалюту DCEP. Таким образом, у различных субъектов хозяйствования вернули возможность совершать расчеты в цифровых юанях и использовать её в целях привлечения средств.

Среди лидеров IT-технологий можно отметить также Республику Беларусь. В 2017 году Беларусь официально легализировала криптовалюту [10]. Криптовалюта, по мнению белорусского законодателя, это цифровой знак или токен. Физические лица могут владеть токенами, покупать и продавать их за белорусские рубли, иностранную валюту и электронные деньги, осуществлять майнинг, а также дарить, обменивать и завещать. Операции с криптовалютой признаются инновационной деятельностью и не облагаются налогами. Для легального занятия криптобизнесом, биржам необходимо зарегистрироваться и получить лицензию. Если же клиенты хотят совершать крупные сделки с токеанами (стоимостью более 10.000 долларов), то им необходимо пройти верификацию, что позволяет обезопасить рынок от преступных элементов. Такая позиция видится нам одной из самых прогрессивных и перспективных.

Вместе с тем, в мире существуют страны, где пока не сложилось единого подхода к понимаю криптовалюты, указанный вопрос является дискуссионным и может иметь различное правое регулирование даже на территории одного государства. Так в США споры разгораются не только между государственными институтами власти, но и между федеральными и региональными (на уровне штатов) органами управления. Например, Налоговое управление США рассматривает биткоин как актив, подобный ценным бумагам, а не как деньги, подразумевая, что транзакции в биткоинах облагаются налогами на прирост капитала. В свою очередь, Министерство юстиции пытаются регулировать биткоин как валюту – цифровые деньги, они выступают объектом налогообложения, и все сделки с криптовалютой подлежат обложению налогом. В результате, отсутствие единого подхода налагает на судебную систему дополнительные трудности. Суды рассматривают криптовалюту с разных сторон; такое правоприменение приводит к разночтениям [11] даже в одном штате. В условиях прецедентной системы права такая практика лишь расширяет правовую неопределённость.

Что касается Российской Федерации, то правовое урегулирование цифровых финансовых активов и, в частности, криптовалюты, в нашей стране обсуждается с момента возникновения цифровой валюты. Перед российским законодателем стояла задача противодействия коррупции, недопущение финансирования терроризма, а также борьба с отмыванием денег. Основная проблема, возникшая в процессе правотворческой деятельности, заключалась в подходе к пониманию криптовалюты, что же под ней понимать: иное имущество, цифровые права, бездокументарные ценные бумаги? В результате буквально до настоящего времени под криптовалютой понимались денежные суррогаты. Итогом длительной работы над этой проблемы стал Федеральный закон «О цифровых финансовых активах» [12], вступивший в силу, кроме отдельных его положений, с 1 января 2021 года. Согласно данному закону под криптовалютой понимается цифровая валюта, то есть совокупность электронных данных, содержащихся в информационной системе, которые предлагаются или могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей РФ, денежной единицей иностранного государства или международной денежной или расчетной единицей, или в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора или узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по изменению записей в такую информационную систему ее правилам [13].

Правовой статус криптовалюты не позволяет использовать её в качестве средства платежа российским юридическим лицам, созданным в РФ обособленным подразделениям иностранных организаций, а также физическим лицам – российским резидентам. Возможность расчетов с помощью криптовалют для названых категорий лиц, если они выступают в этих расчетах как плательщики, не исключается. Однако для этих категорий лиц законодатель ограничил конституционный принцип о гарантиях судебной защиты (статья 46) [14]. Согласно закону обладатели цифровой валюты подлежат судебной защите только при условии информирования федеральной налоговой службы о фактах обладания криптовалютой и совершения законных сделок или операций. Вместе с тем доходы от криптовалюты будут облагаться налогом в общем порядке, предусмотренным статьёй 248 Налогового кодекса [15].

Таким образом, упомянутый закон намеренно не относит криптовалюту к цифровым правам, что позволило не разрешать вопрос гражданско-правовой природы криптовалюты. Однако цифровая валюта признаётся имуществом, на которое может быть обращено взыскание кредитора. В целом можно заметить, что закон «о цифровых финансовых активах» не в полной мере урегулировал рассматриваемую сферу. Предполагается, что в скором времени данные пробелы будут «заполнены» принятием новых законов.

Итак, как было показано выше на примерах отдельных зарубежных стран, в некоторых из них сложилась однозначная позиция в правовом определении криптовалюты. Можно выделить три основных подхода: криптовалюта как цифровая валюта, криптовалюта как виртуальный товар и криптовалюта как цифровой знак. При этом большинство стран уже имеют ее правовое регулирование, то есть, по сути, наблюдается общемировая тенденция от полного запрета покупки, продажи, обмена и владения криптовалютой, до постепенного её признания и легализации. Однако несовершенство законодательства и правоприменительной практики ставят многие страны в выжидающую позицию.

В связи с чем, представляется необходимым единое международно-правовое регулирование названного вопроса, вызванного, прежде всего, природой криптовалюты, основанной на технологии блокчейн. В свою очередь технология блокчейн характеризуется открытостью, децентрализованностью (практически исключает взлом), многоструктурностью, простотой использования и другим [16]. Иными словами, любой человек, имеющий доступ в Интернет может заниматься криптовалютным бизнесом. Производство (майнинг) криптовалюты может начаться и осуществляться практически в любой точке мира. Именно отсутствие четкой привязки к национальным законодательствам криптовалютной деятельности, ставит вопрос перед мировым сообществом о необходимости выработки единого правового подхода. При этом стоит уделить особое внимание уже существующему, хотя и находящемуся на зачаточном этапе развития, международно-правовому режиму криптовалюты. В мире существует ряд организаций, которые осуществляют управление криптовалютой не в конкретном национальном поле, а в пределах территории несколько государств. Конечно, речь идёт скорее о разработке рекомендаций и регламентов, нежели о полноценном правовом регулировании.

Одним из таких «правовых полей», как известно, является Европейский Союз. Европейский Центральный банк понимает криптовалюту как конвертируемую, децентрализованную виртуальную валюту [17]. Несмотря на то, что криптовалюта признаётся средством платежа [18], сделки с ней весьма затруднительны. В своей пояснительной записке ЕЦБ рекомендует европейским банкам воздержаться от операций с криптовалютой до установления правового регулирования. Несмотря на отсутствие единого закона, который бы определил четкий правовой статус криптовалюты, Парламент ЕС принял ряд превентивных мер, направленных на охрану и защиту стран-участниц от преступной деятельности. В частности Европарламент принял поправки в Директиву о борьбе с отмыванием денег посредством уголовно-правовых мер, в которой говорится о возможности использования криптовалюты в преступных целях. В данном документе Европейский парламент призывает страны-участницы в учёте всех соответствующих рисков и сложностей при операциях с криптовалютой [19]. В правилах устанавливается требование по обмену информацией, содержащей имена контрагентов при совершении сделок с криптовалютой. Совет ЕС приравнял криптовалюту к безналичным платёжным инструментам, то есть любые операции с цифровой валютой должны соответствовать валютному законодательству стран ЕС о борьбе с мошенничеством и подделкой безналичных платежных средств [20]. Ещё одним ключевым документом является Резолюция Европейского парламента от 26.05.2016 «О виртуальных валютах». В резолюции подчеркивается необходимость соблюдения пропорциональности в регулировании на уровне ЕС с тем, чтобы не тормозить инновационного развития и не создавать барьеров, а также не повышать издержки. Несмотря на то, что резолюции Европарламента не обладают юридически обязательной силой, они являются важным шагом к разработке будущего правового регулирования на уровне ЕС.

Как можно заметить, Евросоюз находится на этапе становления единого международно-правового режима криптовалюты. Законодательные органы ЕС принимают ряд актов, направленных на регулирование данных общественных отношений. Несмотря на то, что в некоторых странах Евросоюза (Германия, Австрия, Франция) уже имеется нормативная база в сфере цифровой валюты, на мой взгляд, Европейский парламент занял выжидающую позицию. Данная позиция хоть и тормозит информационное развитие и цифровую экономику в Евросоюзе, но опыт ЕС является положительным прецедентом на пути к становлению единого международно-правового режима криптовалюты.

В мире существует огромное количество международных межправительственных организаций. Опыт Евросоюза мог бы стать отличным примером для создания единых наднациональных правовых режимов цифровой валюты. Например, такие организации, как Евразийское экономическое сообщество и Ассоциация государств Юго-Восточной Азии могли бы сформировать общий правовой режим для стран-участниц.

Из мировой истории нам известны случаи, когда одна страна создавала настолько эффективное и удобное правовое поле, что другие государства перенимали эту правовую позицию и ассимилировали её в собственные юридические системы. Ярким примером может служить Английское морское право, которое не только легло в основу многих национальных правовых систем, но и стало базисом всего морского международного права [21]. Как было показано выше, в мире имеются перспективные прецеденты эффективного регулирования криптовалюты. Таким образом, у государств есть реальные примеры, который можно перенять и внедрить в законодательство.

Другим видится путь разработки (на базе ООН или других организаций) единого международно-правового документа. Для выработки единого правового пространства криптовалюты государствам необходимо урегулировать ряд вопросов:

  • решить, что из себя представляет криптовалюта (цифровая валюта, цифровой товар, цифровой код или имущественное (цифровое) право);
  • учесть экономическую и правовую специфику государств;
  • сформировать режим (рекомендательный) обложения налогами (в целях недопущения двойного налогообложения, ухода от налогов и т.д.);
  • сформулировать общие принципы деятельности криптовалютных бирж;
  • создать новый (наделить полномочиями старый) орган, занимающийся контролем за криптовалютной деятельностью;
  • разработать оптимальный путь внедрения норм документа в национальные законодательства.

Организацией, на базе которой может быть создан регламент развития и перехода национальных законодательств к единому международно-правовому режиму криптовалюты, может выступить Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). С 2015 года ФАТФ занималась разработкой документов, регулирующих криптовалютную отрасль. В частности, в Рекомендация ФАТФ было установлено определение виртуального актива и рекомендована квалификация криптоактивов как имущества. В 2019 году было выпущены «правила пересылки» – требования при совершении операций с криптовалютой.

На наш взгляд данный путь становления международно-правового режима криптовалюты является оптимальным. Государства в добровольно-вынужденном порядке приняли и внедрили бы нормы и требования общего регламента. Предполагается, что весь процесс становления общемирового правового пространства криптосферы должен занять не более 5 лет.  Данный путь развития возможен лишь при полном понимании мировым сообществом всех рисков и угроз, которые могут возникнуть при игнорировании криптоактивов, и какие экономические возможности могут открыться при должном правовом регулировании цифровой валюты.

Как мы видим перед, мировым сообществом возникает ряд сложностей, которые и тормозят скорейшее достижение договорённостей. Трудности весьма понятны: как работать, когда не знаешь, с чем работаешь? Но опыт конкретных стран (международных организаций) задаёт положительную тенденцию на пути к большей легализации и чёткому правовому регулированию криптовалюты.

 

Выводы

Подводя итог сказанному, можно сделать вывод, что криптовалюта представляет собой сложный, малоизученный вопрос. Между тем, это элемент, который уверенно входит в нашу повседневную жизнь, в связи с чем, все мировое сообщество столкнулось с проблемами в интерпретации ее понятия, регулирования и контроля данного явления. Исходя из этого, можно сделать ряд выводов. Во-первых, все страны, так или иначе, уже имеют собственное правовое регулирование криптовалюты; наиболее прогрессивно подошли к вопросу: Австралия, Китай и Республика Беларусь. Их опыт впоследствии могут перенять отдельные страны. Во-вторых, в мире отсутствует единое правовое пространство, объединяющее несколько стран, которое бы регулировало цифровую валюту. Единственным видится опыт Евросоюза, который на зачаточном этапе формирует общие «правила игры» в криптосфере. В-третьих, наиболее перспективным решением к развитию единого международно-правового режима видится путь внедрения норм и правил общего международного акта в национальные системы. Таким образом, создание всеобщего мирового правового пространства, регулирующего криптовалюту, сможет не только обезопасить общество, но и откроет новые возможности развития цифровой экономики.


Библиографический список

  1. Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. N 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017 — 2030 годы» / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  2. Доклад Сатоши Накамото «Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System» с примечаниями и пояснениями / Яндекс. Дзен. [Электронный ресурс] URL://zen.yandex.ru/media/id/ (дата обращения: 20.02.2021).
  3. Hern, A. Bitcoin is legally property, says US IRS. Does that kill it as a currency? / The Guardian [Электронный ресурс] URL: //www.theguardian.com/technology/ (дата обращения: 20.02.2021).
  4. Прокофьев, М.Н., Борисова, Е.С., Воробьева, А.В. Перспективы использования виртуальных валют в целях социально-экономического развития страны // Журнал «Экономика. Налоги. Право». – 2018, N 4. – С. 117-125. / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  5. Information Paper for the Payments System Board // Reserve Bank of Australia. May 2013 / RBAFOI-131419 — digital currencies [Электронный ресурс] URL:// www.rba.gov.au/ (дата обращения: 20.02.2021).
  6. Australian Regulator: Bitcoin is Not a Financial Product // CoinDesk. 16.12.2014 / COINDESK [Электронный ресурс] URL: //www.coindesk.com/ (дата обращения: 20.02.2021).
  7. АТО weighs Bitcoin rules // The Australian Financial Review. 09.02.2014 / Australian regulators open to Bitcoin ETF with «rules in place» [Электронный ресурс] URL:// www.pro-blockchain.com›en/ (дата обращения: 20.02.2021).
  8. China Releases First Regulatory Report on Bitcoin Businesses // Bitcoin Magazine. 05.12.2013 / Yahoo: finance [Электронный ресурс] URL://www.ca.finance.yahoo.com/ (дата обращения: 20.02.2021).
  9. Обзор основных изменений регулятивной среды на рынке ICO. Обзор фирмы SayenkoKharenko, 2017 / vc.ru [Электронный ресурс] URL:// www.vc.ru/flood/ (дата обращения: 20.02.2021).
  10. Декрет от 21 декабря 2017 г. № 8 «О развитии цифровой экономики» / СПС КонсультантПлюс [Электронный ресурс] URL://www.consultant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  11. Porter, S. Bitcoin is money, says US judge. What does that mean for business? 11 Christian Science Monitor. 2016, September 20: n/a. / Yahoo:finance [Электронный ресурс] URL://www.ca.finance.yahoo.com/ (дата обращения: 20.02.2021).
  12. Федеральный закон от 31 июля 2020 г. N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  13. Федеральный закон от 31 июля 2020 г. N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  14. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6–ФКЗ, от 30.12.2008 № 7–ФКЗ, от 05.02.2014 № 2–ФКЗ, от 01.07.2020 № 11–ФКЗ) / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  15. Письмо Департамента налоговой политики Минфина России от 17 ноября 2020 г. N 03-11-11/99914 О налогообложении цифровых финансовых активов / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  16. Доклад Сатоши Накамото «Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System» с примечаниями и пояснениями / Яндекс.Дзен. [Электронный ресурс] URL://www.zen.yandex.ru/media/id/ (дата обращения: 20.02.2021).
  17. European Central Bank [Электронный ресурс] URL:// www.ecb.europa.eu/ (дата обращения: 20.02.2021).
  18. Mehdi Bali. Les crypto-monnaies, une application des block chain technologies lamonnaie. Revue de droit bancaireet financier — revue bimestri-ellelexisnexisjurisclasseur. Mars-avril 2016 / CVRIA. [Электронный ресурс] URL:// www.curia.europa.eu/jcms/jcms/j_6/sl/ (дата обращения: 20.02.2021).
  19. Директива Европейского Парламента и Совета Европейского Союза 2018/1673 от 23 октября 2018 г. о борьбе с отмыванием денег посредством уголовно-правовых мер / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  20. Директива Европейского Парламента и Совета Европейского Союза 2019/713 от 17 апреля 2019 г. о борьбе с мошенничеством и подделкой безналичных платежных средств, а также о замене Рамочного Решения 2001/413/ПВД Совета ЕС / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  21. Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву от 10 декабря 1982 г., Монтего-Бей / ИПО Гарант. [Электронный ресурс] URL://www.garant.ru/ (дата обращения: 20.02.2021).
  22. FATF [Электронный ресурс] URL://www.fatf-gafi.org/ (дата обращения: 20.02.2021).